Особняк П.П. Смирнова. Тверской бульвар д.18

26.08.2013

10 фото

В Москве очень любят красивые легенды об особняках. И даже если его правдивая история известна многим, все равно ее искажают ради красивой лжи.

В Москве очень любят красивые легенды об особняках. И даже если его правдивая история известна многим, все равно ее искажают ради красивой лжи.

Тверской бульвар не может похвастаться большим количеством зданий в стиле московского модерна. Тем более этот особняк стоящий почти на его середине привлекает к себе особое внимание гуляющих. Взгляд прохожих всегда останавливается на балконе с причудливым кованым орнаментом, напоминающем плывущий по волнам корабль. Правда, теперь решетку этого балкона закрывают уродливые буквы ресторана «Империя». Уже много лет краеведы любят рассказывать, что этот особняк подарил своей любовнице водочник Петр Петрович Смирнов. И никто из них не любит говорить правду. А ведь история его не имеет ничего общего с этим вымыслом, напраслиной, возведенной ради красного словца, на хорошего человека, заботливого семьянина, на женщину, с нелегкой как у всех в то время, судьбой.

У особняка интересная история. Еще в 1760-х годах он упоминается как принадлежащий конной гвардии ротмистру Василию Васильевичу Истлентьеву. В 1763 году дом перешел к камергеру генерал-поручику Александру Григорьевичу Петрово-Соловово. После пожара он принадлежал графу Владимиру Григорьевичу Орлову. В 19 веке у него было много владельцев и много перестроек. В результате получился добротный «ампирный особнячок», который во внутреннем своем строении сохранил следы разных эпох с разным уровнем пола, лабиринтом комнат и служб.

И вот 28 ноября 1900 года у потомственного почетного гражданина Николая Петровича Малютина этот особняк за 299 тыс. рублей покупает для своей семьи купец Петр Петрович Смирнов. Он уже семь лет к тому времени был счастливо женат на Евгении Ильиничне Морозовой. Они растили трех детей: Татьяну, Арсения и Алексея. В 1900 году появилась на свет еще одна дочь Ольга. Петр Петрович был сыном Петра Арсеньевича Смирнова, создателя знаменитого московского водочного завода в Садовниках и его второй жены Натальи Александровны Таракановой. Сам Петр Петрович в молодости занимался торговлей чаем в Петербурге и переехал в Москву только в 1893 году по настоянию отца, стремившегося привлечь сына в семейное дело. На следующий год было учреждено «Товарищество водочного завода, складов вина, спирта и русских и иностранных вин П.А. Смирнова» в Москве с основным капиталом в 3 млн. рублей, где Петр Петрович стал одним из директоров. Семья его росла, в родительском доме на Пятницкой им всем места не хватало, и Петр решил купить для них новый дом.

Архитектором он пригласил знаменитого тогда Федора Шехтеля. С ним Смирновы уже были знакомы. Он строил для их семьи. Петр Петрович поставил перед ним задачу создать достойное и красивое жилище для семьи с сохранением многоуровневого причудливого внутреннего устройства особняка. Но Смирнову хотелось, чтобы его дом стал украшением бульвара и выделялся на фоне остальное застройки. Поэтому Шехтель много внимания уделил именно уличному фасаду, при этом его дворовый фасад был предельно прост. Доминантой бульварного фасада был, безусловно, большой кованый балкон-корабль, как бы плывущий над прохожими. В него выходила парадная зала. Второй доминантой был высокий аттик с вытянутыми витражными окнами и картушем с монограммой владельца. Первый этаж был хозяйственным, а во втором Шехтель сделал великолепную анфиладу парадных залов и жилых комнат Евгении Ильиничны и Петра Петровича. Детская половина располагалась в мансарде. В дворовых постройках жила прислуга, была конюшня, которая выходила на Малый Гнездниковский переулок.

Парадная лестница была сделана из белого мрамора, балюстрада ее напоминала набегающую волну – любимый прием мастера. На втором этаже лестницы было сделано огромное окно с фасетным стеклом, которое переливалось всем цветами радуги в солнечную погоду. В вестибюле гостей встречали большие парадные портреты хозяев особняка. Все залы парадной анфилады были сделаны в разных стилях. Сын Петра Петровича потом вспоминал, что изучал историю и историю искусств по этим залам. Парадная столовая была в романском стиле с деревянным панелями на стенах, цилиндрическим сводом потолка, мощным камином с двумя приземистыми колоннами. Свет в столовую проникал через тройное стрельчатое окно с витражами. Большая гостиная, где хозяева устраивали большие приемы, музыкальные и театральные вечера, была выполнена в классическом стиле, богато украшена лепниной, покрашенный в зеленоватый цвет. В роспись потолка Шехтель поместил монограмму-вензель Евгении Ильиничны.

Особым парадным помещением был огромный Египетский зал, для которого со двора была даже сделана специальная пристройка. Зал был декорирован рисунками с папирусов в золотисто-бежевых тонах. Две мощные египетские колонны отделяли зал от коридора. Этот зал построили специально для проведения художественных выставок. Хозяева предпочитали реалистическую живопись, что не очень сочеталось с египетским декором зала, по мнению Ильи Репина. Для Петра Петровича Шехтель сделал кабинет в готическом стиле, а для Евгении Ильиничны изящный будуар. Доминантой будуара был парусный потолок весь украшенный лепным орнаментом из роз. В оформлении розовой гостиной Федор Шехтель применил новый тогда прием освещения – в лепнину потолка с растительными мотивами по периметру были вставлены лампочки в виде распускающихся бутонов. В этой лепнине с двух углов были изображены изящные женские фигуры в туниках. Во всех помещениях была красивая мебель, картины и другие милые сердцу вещички. Был сделан большой зимний сад с диковинными растениями и небольшой зверинец. Детские комнаты были оформлены по мотивам русских сказок. В доме были английские батареи, водяное отопление с собственной котельной. Имелась приточная вентиляция.

В этом особняке у Петра Петровича и Евгении Ильиничны в 1902 году появился на свет последний ребенок – сын Анатолий. А в 1910 году после непродолжительной болезни совсем молодым скоропостижно ушел из жизни Петр Петрович Смирнов. У него была банальная фолликулярная ангина, осложненная отеком и удушьем. Антибиотиков тогда не было и сердце не выдержало этой болезни. Евгения Ильинична осталась одна с пятью детьми. Ей надо было продолжать торговое дело мужа и растить детей. Их финансовое положение сильно осложнилось с введением сухого закона и государственной монополии на водку. Но вопреки всяким слухам и позднейшим измышлениям семья Евгении Ильиничны до самой революции проживала в этом особняке. Никакому клубу его не сдавали и никакого синематографа она тут открывать не хотела. Старшая дочь и сын к тому времени создали свои семьи и жили в доме на Пятницкой. Революцию в этом доме встретила Евгения Ильинична с тремя младшими детьми. Дом заняли юнкера, которые вели из дома обстрел красноармейцев штурмующих соседний особняк градоначальства.

Послереволюционная судьба семьи очень печальна. Евгения Ильинична стремясь спасти семью, вышла замуж за итальянского делового партнера Смирновых и уехала с ним в Японию. Но детей им взять не разрешили, и они остались в России. Алексей и Анатолий погибли в 1920-е годы. Татьяне с дочкой удалось в 1926 году уехать в Париж. Сын Арсений много скитался по Средней Азии, где умер в середине 20 века.

В советское время в особняке были народный суд и военная прокуратура, судебные заседания проходили в Романском зале. В 1990-е большую часть особняка отдали Пенсионному фонду РФ. В 1994 году его потеснили, поместив сюда фирму «Мелодия», которую срочно выселяли из англиканской церкви храм Св. Андрея в Вознесенском пер.д.8 (его занимала тогда «Мелодия»). Сейчас в правом крыле здания и в дворовых помещениях находится Московское отделение Пенсионного фонда РФ. А парадные залы, восстановленные в 2006 году одной строительной фирмой, заняты сменяющими друг друга каждый год ресторанами. В прошлом году это был «клуб Шехтель», теперь ресторан «Империя»...

 

 

Ирина Левина

Специальные предложения